,

Без «крайностей»

Наталья Захарова

Если, пожелав снять деньги со своей карты, вы ввели неправильный пин-код, банкомат тут же оповестит вас об ошибке. Жаль, что так нельзя с нашей речью. Никто автоматически не сообщит вам о неправильно выбранном слове.

Нам дан во владение
самый богатый, меткий,
могучий и поистине волшебный
русский язык
К. Г. Паустовский

Каждому из нас периодически, но приходится стоять в очереди – чтобы попасть к врачу, купить билеты на поезд или воспользоваться услугами «Почты России». И каждый, уверена, не раз слышал и, может быть, даже задавал такой вопрос: «А кто здесь крайний?». Вопрос, конечно, в подобных ситуациях актуальный, но уместный ли? Почему все больше и больше людей с упорным постоянством называют стоящего в ожидании человека именно крайним, а не последним? И речь, кстати, не только об очередях. На каждом шагу можно услышать что-то вроде: «Мы отлично провели время в крайний раз».

Первое, чем это можно объяснить, – суеверия. «Крайний полет», «крайний прыжок», «крайнее восхождение» – так говорят люди, чей род деятельности или увлечения связаны с риском для жизни. Вполне понятно их желание избежать употребления слова «последний»: чтобы не испытывать судьбу, чтобы удачно приземлился самолет, чтобы раскрылся парашют. Суеверия летчиков, альпинистов и других отважных людей отразились и на нашей речи, тогда как все эти «крайности» должны ограничиваться профессиональной сферой употребления – ничего общего с литературной нормой они не имеют.

Есть и вторая причина замены «последнего» «крайним». Как отмечал  писатель и лингвист Лев Успенский, слову «последний» порой придается отрицательное значение: «последний человек», «последний негодяй». Чтобы избежать этого неодобрительного оттенка, мы и стремимся назвать стоящего в очереди крайним.

Как бы то ни было, повсеместно употреблять «крайний» вместо «последний» не нужно. И если уж пришлось стоять в очереди, то грамотно из ваших уст прозвучит только один вопрос: «Кто последний?». «Кто крайний?» – ошибка.

Другая распространенная ситуация из жизни – когда нам предлагают «присесть»: «Не хотите ли присесть?», «Присаживайтесь, пожалуйста». Кто-нибудь задумывался о том, почему нас то и дело заставляют «присаживаться», а не «садиться»? Некоторые лингвисты объясняют это тем, что на подсознательном уровне глагол «сесть» воспринимается как нечто негативное. Ведь одно из его значений – «подвергнуться лишению свободы».

Но, с чем бы ни ассоциировалось у тех или иных носителей языка слово «сесть», серьезных причин избегать его нет. А вот призыв «присаживаться», напротив, неправомерен. И любой толковый словарь это подтвердит: «присесть» – «согнув колени, опуститься» («присесть на корточки», «присесть от страха»); «сделать реверанс, поклон со сгибанием ног в коленях»; «сесть куда-либо, на что-либо на короткое время» («присесть на краешек стула»). То есть «Присаживайтесь, пожалуйста» – не такая уж и вежливая фраза: нам предлагают либо поклониться, либо сесть ненадолго, чтобы поскорее уйти. «Садитесь, пожалуйста» – соответствующая нормам русского языка конструкция, а «при» здесь лишнее.

Хотелось бы еще напомнить про пару «кушать» и «есть». «Есть» воспринимается большинством как более грубое слово, но на самом деле именно оно является нейтральным, общеупотребительным. Тогда как «кушать» следует употреблять с осторожностью. Этот глагол можно использовать, следуя этикету, как приглашение гостей к столу: «Кушайте, пожалуйста». «Идем кушать», «Ты покушал/а?» – так разрешается говорить, обращаясь к ребенку или в крайнем случае к женщине. Но вот взрослому человеку, особенно мужчине, некрасиво «кушать» от первого лица: такие предложения, как «Я покушал», «Я хочу кушать», неуместны. Подобные фразы органичны в речи маленького мальчика, девочки в розовом платьице или капризной дамочки, остальным людям предписывается «есть».